День и ночь мы битву трудную вели

Житель Мухтолова Федор Петрович ЮРЕНКОВ прошёл Великую Отечественную войну от начала до конца. Его  уже нет в живых, но остались воспоминания о тех суровых годах, о пережитом. Предлагаем вашему вниманию его рассказ.
 
Детство и юность этого человека прошли в д. Левашово Ардатовского района. Здесь он родился, окончил четыре класса местной школы, с 14 лет стал работать в колхозе.
ОСЕНЬЮ 1940 года его призвали на службу в армию. Служить попал в польский город Белосток в зенитную артиллерию.
– Времена те были неспокойные, немцы рвались на Восток, порабощая Европу. СССР тоже готовился к войне, – вспоминал ветеран, – весной 41-го наш зенитный дивизион был переброшен на учения в Белоруссию. Мы жили в лесу в палатках и усиленно занимались. Здесь-то нас и застала война.
Немцы вели беспрестанные обстрелы и бомбежки. Вражеские самолеты, помимо авианалетов на наши города и села, высаживали десант, который действовал у нас в тылу, наводя ужас и неразбериху в первые дни воины.
Отступая вместе с нашими войсками, мы вели обстрел «стервятников» в основном над нейтральной территорией, тем самым препятствуя их проникновению вглубь страны. Но силы были неравными. На немцев работала практически вся Западная Европа, поэтому превосходство в живой силе, а особенно технике, было неоспоримо. Но наши войска, отступая, продолжали вести ожесточенные бои за каждый клочок земли. Как трудно было глядеть в глаза населению, когда мы, измотанные боями, были вынуждены оставлять села и города. Порой, не имея возможности забрать с собой свои 37-миллиметровые орудия, мы приводили их в негодность, чтобы ими не мог воспользоваться враг.
Однажды, охраняя военный аэродром под Минском, наш боевой расчет вынужден был сбить свой самолет. Вначале эта крылатая машина кружила над аэродромом, а потом вдруг начала поливать все вокруг огнем из пулеметов. Мы были в замешательстве и не знали, что делать. И лишь позже, когда его сбили, в кабине увидели немецких летчиков.
При очередном отступлении в машину, которая перевозила нашу пушку, попал снаряд. Так наш боевой расчет (к тому времени из семи человек осталось только трое) попал в окружение.
Отбиваясь от немецкого десанта, мы старались как можно быстрее догнать своих. Ночуя где попало, обходя немцев, мы более тридцати километров шли, а порой даже ползли, чтобы выйти к своим. Нам посчастливилось найти свой дивизион. Так, с тяжелыми оборонительными боями мы отступали до Москвы, обстреливая немецкие самолеты. Когда наконец враг был измотан, а наша армия начала активное наступление, нас перебросили на Украину, под город Днепропетровск, на охрану переправы.
Двигаясь на Запад, мы видели лишь выжженные дотла деревни и села, население которых было либо угнано в немецкое рабство, либо уничтожено.
Изрытая траншеями и окопами, воронками от авиабомб и снарядов земля, разбитые танки, автомашины и орудия, сожженные города и села – все это вызывало боль в сердце и заставляло нас все отчаяннее и отчаяннее бить немцев, гнать их прочь с нашей земли.
Война для Федора Петровича закончилась в Венгрии, недалеко от озера Балатон. Салютом из всех видов орудия отмечали солдаты долгожданную победу.
– Нашим боевым расчетом было сбито 12 вражеских самолетов, – отмечал ветеран, – но в  этой войне я потерял много друзей...
ПОСЛЕ ВОЙНЫ наш земляк продолжил службу в Нальчике, откуда и был демобилизован. Вернулся домой с орденом Отечественной войны II степени, медалями «За оборону Москвы» и «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.».
Год работал в колхозе бригадиром полеводческой бригады, затем учился в Арзамасе на водителя. Вскоре женился.
В 1953 году семья переехала в Мухтолово. А в 1957-м Федор Петрович приступил к строительству своего личного дома, в котором потом вместе с супругой вырастили и воспитали двух дочерей.
Ф.П. Юренков работал на железной дороге, был киномехаником. 30 лет трудился в лесхозе лесником. И не заметил, как пролетели лучшие годы его жизни.
 
Текст и фото Николая ТОЛСТОВА